Факты Дня

1 438 подписчиков

Последние комментарии

  • Alexander Demidov23 июля, 0:06
    После падения 90-х это огромный успех. Нам надо увереннее возрождать промышленность. Теперь у России есть своя турбина. Немцы занервничали
  • Серж Южанин21 июля, 20:09
    *В Киеве прозрели и со страхом ждут российских миротворцев
  • Людмила Боченкова21 июля, 18:53
    быстрей бы это свершилось;будут сохранены жизни людей В Киеве прозрели и со страхом ждут российских миротворцев
  1. Блоги

Лукашенко о нашем Союзе: Белоруссия — не Россия и ею никогда не будет

Батька снова поставил под сомнение дружбу двух стран и пригрозил Москве

Вопрос об объединении Белоруссии и России в одно государство не стоит. Об этом, как передает БЕЛТА, во время совещания о социально-экономическом развитии страны в 2019 году и подходам к дальнейшему развитию интеграционных направлений заявил белорусский президент Александр Лукашенко.

Рассуждения о гипотетическом объединении он назвал притянутыми за уши.

Лукашенко отметил, что разговоров об объединении двух государств сегодня слишком много, в том числе «и у россиян».

«Много сейчас появилось вопросов в связи с церковью на Украине об автокефалии нашей церкви в Беларуси. Я называю эти вопросы очень глупыми, притянутыми за уши для обсуждения в нашем обществе», — сказал он.

«Мы с президентом России однозначно определили, что сегодня в повестке дня такого вопроса нет — об объединении», — добавил Лукашенко. Он также подчеркнул, что союз Белоруссии и России может развиваться только на равноправной основе: «Нет равноправной основы — нет союза». Президент Белоруссии пригрозил также, что Россия может потерять «единственного союзника на западном направлении», так как налоговый маневр в нефтяной сфере сулит белорусскому бюджету весомые потери.

При этом Лукашенко отметил, что практически все проблемы в отношениях с Россией решены в «более или менее приемлемом варианте».

Напомним, о том, что Белоруссия никогда не войдет в состав России, а понятие «суверенитет» для этой страны является святым, Лукашенко говорил в декабре прошлого года.

«Для нас, запомните, святое — это суверенитет, я уже об этом говорил. Это относительная независимость, я считаю, что абсолютно независимых государств нет. И вы тоже не настолько независимы, но суверенны», — сказал тогда белорусский лидер.

На вопрос, чувствует ли он угрозу суверенитету Белоруссии, Лукашенко ответил, что угроза, с той или иной стороны, существует всегда. «На то я и президент. Это главный вопрос в работе президента — обеспечить суверенитет страны, это в конституции записано», — подчеркнул он.

Напомним также, что в конце 2018-го года Белорусские региональные паблики «ВКонтакте» запустили опрос об отношении к включению страны в состав России. Большинство участников опроса выступили против. Только в Витебске сторонников вхождения в состав России оказалось большинство — 39 процентов против 33.

8 января агентство Bloomberg опубликовало мнение о том, что президент России Владимир Путин намерен сохранить свою власть и обеспечить влияние «путем поглощения Белоруссии».

По мнению авторов материала, объединение с Белоруссией могло бы стать «компенсацией» за потерю Украины. Агентство подчеркивает, что в 2024 году Владимир Путин мог бы встать во главе Верховного государственного совета, сохранив при этом значительную часть своей власти на всю жизнь и не прибегая к изменению конституции.

При этом, как отмечается в материале, Лукашенко очень рассчитывал на выгоды от экономического союза с Россией (дешевая нефть и газ), однако не готов жертвовать суверенитетом. В случае угрозы, он мог бы обратиться за помощью к Западу, однако это подорвет его «абсолютную власть» в стране.

По мнению политолога, заместителя директора Национального института развития современной идеологии Игоря Шатрова, заявления Лукашенко — это форма политического торга, привычная для белорусского президента.

— Тема поднимается всякий раз, когда перед Белоруссией возникает вопрос принятия какого-то неоднозначного, на взгляд Минска, более выгодного России решения или выполнения Минском каких-то обязательств. Инициируется эта тема всегда именно белорусской стороной и создает фон для переговоров. Как известно, в декабре прошлого года в течение недели состоялись аж два раунда переговоров между Путиным и Лукашенко. Утечек со второй встречи было крайне мало. Но, по имеющейся информации, на ней, как и на первой, обсуждался налоговый маневр в российской нефтяной отрасли. В результате этого маневра белорусским НПЗ придется покупать нефть в России по ценам, сравнимым с мировыми, что только за год лишит белорусский бюджет 300 миллионов долларов. К взаимопониманию президенты, похоже, не пришли. Вот Лукашенко и применил известный прием, вспомнив о независимости.

«СП»: — Чем для Лукашенко так важна независимость? Он не хочет потерять власть?

— Независимость и транзитное положение государства позволяют Лукашенко зарабатывать на противоречиях между Европой и Россией и как результат создавать для своих граждан часто даже более лучшие социальные условия, чем в России. Точно так же и в отношениях внутри Союзного государства все плюсы от нахождения в его составе используются независимой Белоруссией сполна, а все издержки возлагаются на Россию. Все это обеспечивает консенсус между властью и основной частью белорусского общества, являясь защитой от майданных потрясений.

«СП»: — Многие ли граждане Белоруссии согласились бы пожертвовать независимостью для создания не союзного, а единого государства?

— Думаю, если вопрос о независимости сейчас поставить перед белорусским обществом и провести честный референдум, то процентов 40 белорусов выступит за объединение с Россией, 20 процентов — за вступление в состав Евросоюза, а еще 40 процентов поддержат идею независимости и от Москвы, и от Брюсселя.

«СП»: — И в Москве, и в Минске часто критикуют Союзное государство, мол, так и не пришли к тому, к чему хотели. При этом обе стороны не спешат жертвовать своим суверенитетом. Почему?

— Что такое Союзное государство? Это единое государство или нечто наподобие конфедерации, как в Евросоюзе? Если это подобное Евросоюзу надгосударственное образование, то движение в данном направлении медленно, но происходит. Анализируется, кстати, опыт того же Евросоюза, делаются выводы из ошибок Брюсселя. Например, учитывается тот факт, что как только Евросоюз от экономической интеграции перешел к активной политической фазе, тут же и начались проблемы.

Если же говорить о более тесной интеграции, об объединении, каким оно виделось на заре создания Союзного государства, то с того времени много воды утекло. Тогда Россия и Белоруссия были похожи. Оба государства только что вышли из состава СССР и имели идентичное политическое и экономическое устройство. Страны в своем развитии пошли разными путями, в итоге сложились разные экономические модели. Объединение таких экономик можно сравнить с объединением двух Германий, когда социалистическая экономика ГДР была принесена в жертву, а капиталистические методы хозяйствования ФРГ распространились на всю территорию объединенной Германии. В роли ГДР, понятное дело, в нашем случае выступает Белоруссия, а в роли ФРГ — Россия. Именно Белоруссии придется поступиться той видимостью стабильности и теми социальными гарантиями, к которым Лукашенко приучил своих граждан за годы своего президентства. И если даже в благополучной Европе через десятилетия после объединения жизненный уровень на территории бывшей ГДР ниже, чем в остальной Германии, можно представить, в каком положении в случае объединения окажется экономика Белоруссии. Поэтому разговоры, что только Минск тормозит более тесную интеграцию, это разговоры от лукавого. В Москве тоже прекрасно понимают, что если действовать наскоком, очень скоро можно получить на западе от Смоленска несколько миллионов озлобленных белорусов, люто ненавидящих Россию.

Да, в каком-то смысле это западня, в каком-то смысле Россия в заложниках у Белоруссии, которую и вскормила. Но объективно дешевле содержать Белоруссию как независимое государство, чем делать ее частью России. Задумайтесь, почему ни Южная Осетия, ни Абхазия до сих пор не в составе России? Уж точно не из-за опасений по поводу западных санкций и проблем в отношениях с Грузией.

«СП»: — Каковы вообще, по-вашему, пределы интеграции? Или это бесконечный процесс?

— Интеграция как процесс гармонизации законодательной базы, установления единых норм и правил во всех сферах жизни, формирования совместных производственных цепочек, действительно, может идти бесконечно. И не всегда, а точнее, даже очень редко создание единого государства является конечной целью интеграции.

«СП»: — А почему, по-вашему, буксует экономическая интеграция?

— Прикрываясь фразами о недопуске российских олигархов на белорусский рынок, Лукашенко ограничивает доступ в Белоруссию крупного российского бизнеса. По этой причине часто не удается эффективно использовать промышленный потенциал, который Белоруссия, действительно, сохранила, не растеряла в лихие 90-е. С другой стороны, как я уже сказал, общую экономику трудно развивать еще и потому, что экономические модели государств разнятся.

— На самом деле, Лукашенко всего лишь напомнил только о том, что любой союз подразумевает равные и уважительные отношения, — убежден доцент ВШЭ Павел Родькин.

— Действительно, чисто имперское отношение к Белоруссии как к сателлиту если не распространено, то не редко в общественном сознании политического и особенно околополитического класса в России. Реакция Лукашенко в этом отношении является правильной, эту позицию нужно уважать, чтобы развивать Союзное государство и дальше. О смысле и духе союзных отношений следовало бы напоминать почаще, чтобы избегать политического недопонимания, которое может иметь очень дорогую геополитическую цену, на пустом месте.

«СП»: — Насколько вообще можно говорить о независимости Белоруссии в рамках Союзного государства и о самом Союзном государстве?

— Белоруссия продемонстрировала дееспособность в качестве государства, ее экономическую независимость не следует недооценивать и сбрасывать со счетов. Хотя, во многом, она, действительно основана на тех отношениях, которые удалось построить с Россией. Белоруссия выбрала наиболее реалистичный и прагматичный для себя путь, который при этом стратегически отвечает интересам России. Союзное государство безусловно нельзя назвать идеальным, но оно пока показывает большую стабильность, чем другие постсоветские образования и структуры.

«СП»: — Агентство Bloomberg пишет, что Путин хотел бы присоединить Белоруссию в качестве компенсации за потерю Украины, а также для сохранения своей «абсолютной власти». При этом, в случае угрозы, Лукашенко может обратиться за помощью к Западу, но это подорвет уже его «абсолютную власть». Насколько адекватны реальности подобные утверждения?

— Союзное государство практически с самого начала своего существования всегда было окружено множеством самых разных слухов и политических спекуляций. Собственно обострение конспирологических версий о судьбе союза России и Белоруссии в последние время в этом отношении не оригинальны. Схемы поглощения одного государства другим, конфликта и открытого разрыва и т. д. постоянно циркулируют в информационном пространстве, однако до сих пор Союзное государство, несмотря на реальные противоречия и возникавшие трения демонстрировало поразительную устойчивость и жизнеспособность.

«СП»: — Насколько глубока сегодня экономическая интеграция в рамках СГ, и выгодно ли Лукашенко углублять ее? Именно углублять интеграцию, развивать общую экономику, а не выбивать из России более низкие цены на газ в обмен на некие политические жесты?

— Экономическая интеграция выгодна обеим сторонам этого процесса, особенно учитывая негативные процессы деиндустриализации в самой России и необходимость поиска дружественных рынков, пространство которых, как наглядно демонстрирует политика санкций, сокращается. К качественному углублению интеграции, можно сказать, толкает сама жизнь. Недостаточная развитость и плотность единого экономического пространства и создает диспропорции развития, которые до сих пор стабилизируются исключительно через политические договоренности. Впрочем, экономическая помощь Белоруссии со стороны России во многом преувеличивается, на фактическое дотирование западной экономики Россия тратит несопоставимые по объемам средства.

«СП»: — Каковы, по-вашему, пределы интеграции в рамках СГ? Может ли вопрос об объединении встать в будущем?

— От интеграционных процессов на российско-белорусском направлении не следует ожидать громких политических жестов и деклараций. Этот процесс происходит эволюционно, в рабочем формате. Иными словами, пределы интеграции будут определяться экономическими, хозяйственными и культурными отношениями, в которых еще очень многое предстоит сделать и наладить. Чем меньше будет в этих отношениях политического популизма, тем они будут прочнее.

Источник ➝

Популярное

))}
Loading...
наверх